Преодоление христианства

 

30. Индоарийский мир.

 

 

 

       Проанализировав в рамках нашего повествования все те массовые ухищрения, на которые пускались проповедники монорелигий, невольно задаешься вопросом: на что же была направлена вся эта дьявольская мощь в Божественном обличье? Что так старательно уничтожалось на протяжении веков, методично стиралось из памяти народа? Почему во всех священных книгах монотеистов столько грязи и злобы вылито в адрес «поганых», «богомерзких» язычников? Почему в бурные мгновения истории лидеры различных монорелигий находили общий язык и вступали в военные союзы или даже крупные государственные формирования, с видимой неохотой, но все же делили сферы воздействия на духовную жизнь народов и целых рас, и все, как один, сотрясались исступленным гневом, едва заслышав слово «язычник»?

       До сих пор в конце цивилизованного XX века, в эпоху освоения космоса, компьютеризации, генной инженерии и трансплантации человеческих органов, с кафедр и алтарей сытые, лоснящиеся огосударствленные проповедники с подлинно ветхозаветной ненавистью поносят тех, кто «во языцех».

 

       Ответ изыскивается при малейшем, даже полузаинтересованном, прикосновении к языческой идеологии или вообще сфере так называемых природных культов, которые никогда не отгораживались от белого света пеленой гностических знаний, секретных апокрифов, уставов для посвященных так, как это делали и делают по сей день адепты всех монорелигий. Почитав одну-две священные книги монотеистов, Вы без труда увидите, что там, где на арену духовной жизни человечества выходит Единый Бог, неизбежно появляется тайна, ведать которую дозволяется лишь узкому кругу людей, большинство же верующих принуждено пробавляться суррогатом чудес. Этот непреложный закон прослеживается во всех монорелигиях с древнейших времен вплоть до последних церковных соборов и закрытых сборищ коммунистов. Уничтожая привкус тайны, растворяя своей волей чудеса, Вы лишаете силы Единого Бога и всех, кто стоит за ним, кто лакомится соками Ваших судеб и временем жизни.

       Историческое Однобожие – весьма уязвимый монстр. Один точный удар в его солнечное сплетение – непреложный догмат о единственности – и оно рассыплется в прах. Вот и все нехитрые рецепты. Следуя им, Вы обретете долгожданную свободу и совершенство и сумеете сами сделать Богом или Богиней. Если Единый Бог на протяжении всех священных писаний постоянно ревнует меня к другим Богам, то из этого как минимум следует его невсесильность, неабсолютность, а в конечном счете и неединственность, в чем мы уже имели возможность убедиться, изучив секретные книги монотеистов. Всего-навсего у людей не доходили до этого руки. Связанные чудесами и тайнами, несчастные, они до сих пор завороженно рассматривают сие «произведение» религиозного творчества. Но уверяю Вас, что все проще простого: один прицельный удар – и Вы вместе со всеми своими потомками оказываетесь на свободе. Вы выкупаете себе вечное самостоятельное пользование.

 

       Классические монорелигии приучают к неразрывности Бога и Вашей судьбы. В язычестве все как раз наоборот: воля Богов вовсе не уничтожает волю человека. Последний сохраняет свою самостоятельность и действует независимо, а то и вопреки их воле. Человек обладает религиозно-освященным самовластием и волен поступать по собственному разумению. Людей и Богов связывает не роковая неуничтожимая зависимость, а только мир природы, одинаково служащей жилищем и для тех, и для других. Но Боги сильны и способны повелевать, значит, нужно задобрить их соответствующей жертвой или испросить помощи у другого Бога. Не помог один, не беда: можно уйти к другому, и никто никогда за это не накажет. При такой системе отношений Бог выступает не всесильным Владыкой – истиной в последней инстанции, а всего лишь партнером, старшим братом, духом-куратором, с которым всегда можно договориться. Страх в его высшей форме узаконенного божественного страха исчезает из души. Больше нет того груза, что вечно тяготит ее.

       Наш древний предок славянин-язычник мыслил смерть как простой переход из мира земного в мир подземный, такой же реальный и пригодный для практического существования, как настоящий. Если во время битвы ему грозила опасность пленения, то, исчерпав все силы в борьбе за свободу, он не задумываясь кончал с собой, ибо твердо знал, что, став рабом на этом свете, он рабом же попадал и на тот свет.

       Индивидуальная свобода была разукрашена народной героической мифологией и прочно вживлена в мозг каждого славянина, а посредством свободной, не стесняющей ни в чем религии надежно передавалась потомкам, образуя таким образом характерный устойчивый славянский генотип. Плоды хорошей языческой закалки под чутким руководством волхвов, обслуживающих, как заботливая нянька, все стороны жизни общества, до сих пор, невзирая на буйство христианской идеологии и изуверство большевизма, видны еще достаточно отчетливо.

       Только в наших руках наше будущее, которое зависит от религиозно управляемого генофонда, а тот – от простой и понятной всем человеческой свободы. Именно в это ключевое звено жизненного процесса христианство и нанесло свой подлый удар. Вот вся тайна Однобожия, остальное филологические уловки для неглубоких умов.

 

       Языческая религиозная идеология стимулировала развитие и укрепление прочных социальных и родоплеменных связей, накопление богатств, достижение чинов, военных заслуг. Ибо, чем больший капитал собирал человек на земле, чем большей властью, почетом, уважением мог воспользоваться он на «том свете». Загробное существование представлялось чем-то вроде надежного банка с хорошими процентами. Все зависело только от Вас.

       Древний славянин, также как и нынешний мусульманин, мог иметь столько жен, на сколько у него хватало денег, здоровья и воображения, ибо все они переходили и в другую жизнь. Однако это вовсе не означало принижения роли женщины, она была равноправным членом общества, и никто не мог выдать ее замуж без собственного согласия. Древнему язычеству была не ведома форма брачного контракта – свободного договора между заинтересованными сторонами. Женщина у язычников могла править страной, как, например, княгиня Ольга, что сделалось совершенно невозможным при христианстве. Не говоря уже о том, что женщины имели своих Богинь-покровительниц, с которыми могли решать свои сугубо женские проблемы, не испытывая стеснения перед интерсексуальным Единым Богом с его сексуально неполноценным сыном, как в христианстве.

 

       Как уже было сказано, никакого смиренного страха перед смертью древний язычник не испытывал. Отлетавшая от него живая душа также не расставалась с материальным миром. Она принимала образы ветра, огня, пара, облака, дыма, источника, какого-либо животного или растения, либо, наконец, планеты и звезды. Кто что заслужил. В этом выражалась в славянском язычестве устойчивая живучесть культа предков, влияние которых на человеческую жизнь было огромным.

       Древний славянин не представлял себе оторванное от собственной жизни пребывание предков в «ином» мире. Он всегда был окружен близкими людьми, лишь перешедшими в иную реальность. Такой пристальный присмотр со всех сторон исключал всякое безнравственное поведение, увеличивал фактор индивидуальной ответственности не только за поступки и слова, но даже за мысли. Предки помогали славянину, неся удачу, достаток, счастье, и он сам невольно готовился помогать своим потомкам в будущем. Образовывалась крепкая взаимосвязь всех жизненных форм, самим положением вещей вынужденная помогать одна другой, вовсе не ожидая за это сиюминутной выгоды.

       То была логика Жизни в ее высшем понимании, лишенном всяких политизированных эзотерических тайн. Сознание язычника не ведало финитных категорий страшного суда и второго пришествия, при которых любая жизнь становилась бессмысленной. Она должна была длиться бесконечно, и это вносило покой и гармонию в душу язычника, размеренное и осмотрительное отношение к своей семье, государству и той местности, где жил он и где обитали Священные духи его древних предков.

       Образовывался таким образом замкнутый райский уголок мироздания без катаклизмов, ужасов и эсхатологической нелепицы, в котором не существовало времени в том безвыходном понимании, каковым владеем сейчас мы, судорожно накапливая деньги и почести, чтобы разом все растерять на смертном одре. Именно потому одним из самых страшных грехов в славянском язычестве было плевать на землю, ибо плюнув на нее, ты осквернял память предков, душу будущих потомков и весь ареал пространства, который занимало племя, с которым ты был связан самыми тесными узами.

 

       После такой картины мира в язычестве все альтернативные монотеистические проекты с их выспренной софистикой кажутся предсмертной судорогой уродца, обреченного умереть, и хочется надавать пощечин всем ангажированным проповедникам за их елейные провокации против нашего будущего.

 

       Да расцветет всюду жизнь! Без посторонних законов и правил, ибо она сама есть высший закон и высшее правило. Религия без законов и догматов, ересей и апокрифов, гонений и постановлений церкви. Именно за эти отличительные свойства языческие религии и именуются до сих пор естественными (своим названием словно подчеркивая всю неестественность массовых монорелигий) или природными религиями, ибо не требуют никакого насилия и принуждения от тех, кто взирает на мир с их помощью, независимо от стран, наций и рас. Логика жизни везде одинакова, и именно в борьбе с ней представители разных направлений Монотеизма группируются с неистовым рвением, разливая яд своих одинаковых угроз.

 

       Выше мы не случайно привели краткую историю разрушения зороастризма сразу после насильственного крещения Руси, хотя в реальном историческом времени эти процессы протекали в обратной последовательности. Но, в силу того, что наша работа в больше степени посвящена так называемой русской идее, нежели иранистике, мы сочли возможным придерживаться и такой методологии.

       Кроме того, в нашем полудетективном аналитическом исследовании, где результат сводится к выявлению борьбы идей, облаченных в форму религий, линейное историческое повествование вовсе не обязательно. Логика борьбы идей неадекватна пространственно-временным координатам и разворачивается по своим хитроумным законам.

       Мы неспроста назвали иранскую религиозную культуру родственной славянской, ибо доказательства арийского происхождения славян множатся день ото дня. Но для определенной части ученой академической среды, либерально заигрывающей с христианством, эта версия представляет несомненную опасность, ибо любимый тезис о формировании духовной архаичной культуры славян только с помощью природных стихий терпит крах, и все университетские курсы, вышедшие из прокрустова ложа концепций академика Рыбакова – монополиста на древнюю культуру Руси, рушатся сами собой. Для взвешенного адогматического ума гораздо более интеллектуально привлекательными видятся современные исследования В.Н.Топорова и В.И.Щербакова.

 

       Каких же именно фактов не найдем мы в официально запатентованных университетских курсах? Тех, которые даже малым числом своим перечеркивают деяния цеха государственных идеологов.

       Так, при рассуждении о первой религиозной реформе князя Владимира в 980 году в рамках язычества не принято упоминать, что два бога из шести, а именно Хорс и Симаргл, имели сугубо иранское, а не древнеславянское происхождение, да и сам верховный Бог Перун выполнял многие сходные функции иранского же Бога Митры, ибо оба принадлежали к одной огненной стихии и символизировали военную мощь, что является отличительной чертой общей арийской мифологии.

       К солнечной стихии принадлежал и славянский Дажьбог, а непосредственно к огненной – Сварог. В русских летописях есть много упоминаний о возжигании священного Огня в капищах, и если жрец по нерадивости допускал его затухание, того безжалостно убивали, что опять же наталкивает на прямые параллели с арийской религиозной обрядностью иранского образца. Из русского фольклора можно почерпнуть сведения о принципиальной значимости в формировании религиозно-нравственного мировоззрения и водной стихии, то же самое мы видим и в зороастризме. Кроме того, в обеих религиозных концепциях особое место отводилось земле, которую нельзя было осквернять нечистыми прикосновениями, то есть мертвечиной.

 

       Самое же главное сходство без труда видится в идеологической направленности обеих религий, дающих человеку свободу волевого решения, которое начисто свелось к нулю в ортодоксальном христианстве. Показательно, что в Авесте само понятие мудрости трактуется как интеллектуальная и сексуальная активность. Нечто подобное видно и из русских былин, ставивших жизненный материальный достаток на одну доску с мудростью.

       И уж совсем не принято упоминать в высоконаучной литературе, что первые арийцы Рама и Зороастр родились на территории России, и не где-нибудь, а возле Волги. Теория же происхождения и трансформации ираноязычных скифов – прямых предков славян – вообще окутана мраком.

 

       Далее. Грифы и орлы в государственной символике России также имеют иранское происхождение: сказочная райская языческая птица Сирин и демоническое существо Див. Даже само название города Киев имеет сугубо иранское происхождение. В.Н.Топоров, анализируя происхождение многих индоевропейских слов, недвусмысленно резюмирует: «Древняя Русь и – шире вся Славия с определенной точки зрения могут пониматься как западная провинция великого индоиранского культурного круга». Русское слово «мир» и имя иранского Божества Митра имеют одно и то же происхождение. Само название священной книги ариев Авеста также имеет общее происхождение с русским словом «весть», а основная молитва в зороастризме имеет такое совершенно славянское звучание – Ясна. Очень похожи русское слово «огонь» и имя иранской Богини Агни.

       Теперь еще раз вспомнив, где родился первый иранский пророк Зороастр, и сопоставив это с данными археологии, которые не скрывает даже академик Рыбаков, констатируя, что переселение племен происходило с центральной русской равнины на юго-восток, нетрудно сделать вывод, где находилась родина всех арийцев.

 

       Иранская версия происхождения ариев легко проверяется с помощью индийской версии, ибо первый индийский пророк Рама человек со светлыми волосами и голубыми глазами – тоже родился на территории России. Первая священная книга индуизма «Веды» имеет однокоренное происхождение с русскими словами «ведение», «ведать». В Тибетском евангелии Христа вполне конкретно говорится о белом жречестве, а Л.Н.Гумилев доказывает, что название, например, тохарского языка происходит от двух слов, буквально означающих «белая голова», то есть блондин.

       Но люди со светлыми волосами в Тибете могли взяться только с русской равнины. А если вспомнить, что Зороастр родился приблизительно в 1500 году до нашей эры, можно сделать безошибочный вывод о возрасте культурной традиции и смело выбросить отечественный школьный учебник, где бессовестно заявляют, что у славян письменность появилась с помощью засланных Кирилла и Мефодия. Напомним, что оба не отрицали, что видели все христианские книги переведенными на древний русский язык, который им первый раз предстояло изуродовать ввиду надвигающейся христианизации.

       Тот же В.Н.Торопов совершенно ясно свидетельствует и на сей счет. «Переход от язычества к христианству образует весьма показательный период, когда взаимодействие языка и культуры интенсифицируется и сам язык подвергается изменениям, которые осуществляются в значительной степени сознательно». Не мешает знать христианским поборникам «тысячелетней истории Руси», что само их любимое словосочетание «Святая Русь» имеет откровенное индоарийское языческое происхождение от древнейшего, еще праславянского, корня «свет». И на сей счет В.Н.Торопов резюмирует: «Приходится считаться с тем, что для выражения нового для славян христианского понятия святости использовалось слово, которое уже в предыдущую языческую эпоху выступало как сакрально отмеченный элемент словаря».

 

       Но в нашей работе мы уже не раз показывали, что христианские идеологи неоднократно заимствовали полюбившиеся им мотивы из языческого обихода, будучи сами не способны к творческому мышлению. Нужно также отметить, что вышеозначенный корень слова лежит и в основе определения Святого Духа – Спента Майнью – творческой ипостаси Ахурамазды в зороастризме. Так что и со святым духом у христиан не сложилось ничего нового, равно как и со святым словом.

 

       Данные филологического анализа В.Н.Торопова полностью подтверждаются археологическими открытиями В.И.Щербакова и астрологическими Павла и Тамары Глоба.

 

       Еще совсем недавно всякий, кто начинал говорить об арийском вопросе, рисковал моментально заполучить расхожий ярлык «фашист» или «нацист». Именно в это время в Большой советской энциклопедии было написано, что «арийцы – это псевдонаучное понятие». Бедный пророк Рама, он не знал, что из-за его безобидной выдумки прольется столько крови, ведь «ARIES» буквально означает «ОВЕН», то есть первый астрологический знак. Овен – это символическое обозначение религии, которую придумал древний пророк. Религия же его противников находилась под символическим обозначением Тора, что можно легко проследить даже на примере варягов, поклонявшихся этому Богу. Тору в более позднее время поклонялся, например, киевский князь Олег, варяг по происхождению. Но великий Рама не захотел кровопролития и ушел на юго-восток, основав таким образом весь культурный арийский цикл.

       На арийском вопросе пострадало уже много людей, многие по незнанию или ввиду явного злого умысла принесли ощутимый вред. Так, например, среди желающих завоевать Россию было много энергичных людей, таких, как Чингиз-хан, Батый, Карл XII, Наполеон, Гитлер. Справедливо также и то, что никто из них не отличался хорошим знанием вопроса. Желая покорить огромную территорию, населенную многими народами, никто не знал истории их происхождения и культуры.

       Это правило в равной степени распространяется и на идеологов, оправдывающих завоевательные походы. Одним из таких был Альфред Розенберг – всемирно признанный идеолог арийства, государственный философ Третьего Рейха. Недоучившийся архитектор, который не сумел получить образование ни за счет России, ни за счет Германии. Всю жизнь он кичился своей чисто немецкой основательностью, работоспособностью, умением, как он любил говорить, «развивать длительные усилия». Прибалтийский немец по происхождению, он стойко нес через всю свою идеологию комплекс неполноценности географически уязвленного человека, не умеющего прилепиться толком ни к одной великой культуре: ни немецкой, ни русской. Из особой своей нелюбви к евреям он детально проштудировал Талмуд, в чем действительно и отличался. Из особой же своей ненависти к славянам он не удосужился ничего узнать об их истории и культуре.

       Так и не понятно, кого же больше не любил недоучившийся архитектор от расового вопроса. Будучи ответственным за все Восточные территории и специализируясь в вопросах религии в том числе, он не выказал себя знатоком Авесты, Упанишад, Вед или иных священных книг. Насаждая теорию расового превосходства, он ничего не знал о происхождении индоевропейских языков и месте рождения первых настоящих арийцев Рамы и Зороастра. В своих работах он вообще не выказал никаких глубоких познаний ни в одной области, кроме тенденциозно истолкованного Талмуда. Вот уж поистине «немецкая основательность» и умение «развивать длительные усилия».