Преодоление христианства

 

32. Дыхание новой религиозности.

 

 

 

       Ну, и наконец о главном – о метафизике.

 

       Россия обладает врожденной мистической способностью терпеливо искать по всему свету заразные идеи, приставлять их к своему обнаженному телу, страдать, харкать кровью, биться в агонии, а затем из последних сил отторгать вместе с живой тканью раковые клетки вредных учений, показывая тем самым всему миру, что идеи эти опасны, как никакие другие. Поразительная способность у России: на время заболевания идейной хворью придавать той человеческое лицо. От зоологических извращений Ветхого Завета до потрясающей иконописи и восторженного духовного песнопения. От подстрекательских иллюминатских уставов коммунистических партий до революционного энтузиазма и интернационального долга. Мистическая способность притягивать к себе все силы Зла, как физические, так и духовные, и топить их в своей теплой крови. Гениальный немецкий философ XX века Освальд Шпенглер, пожалуй, точнее всех сформулировал мистическую первооснову нынешней России, сказав так: «Россия – это апокалиптический бунт против античности».

       Хватит работать на ниве классической русской идеи с инородным Христом во чреве, отсюда и весь бунт, как всегда, «бессмысленный и беспощадный». Необходим новый альтернативный путь, ибо старая нива перестала плодоносить, лишь по-прежнему охотно пожирая своих лучших сыновей и дочерей.

 

       Сама христианская русская идея внутри содержала непрестанную борьбу, постхристианская же русская идея будет содержать борьбу снаружи – вот главный метафизический рецепт выздоровления России. Борьба должны происходить снаружи, а не внутри, ибо борющийся с самим собой никогда не побеждает.

       Автор данных строк проповедует не мистический анархизм и не ересь, не ницшеанство и не модернизм, а древнюю мудрость волхвов, переложенную на язык нынешнего дня. Она чрезвычайно проста.

       Жизнеспособность любого народа зависит только от его памяти, все остальное – малозначительная ерунда. Тот, кто забывает свое происхождение, неминуемо вымирает. Ну, а чтобы тренировать память народа, существует его религия. Все остальное – выдумки тех, кто вокруг нее кормится.

 

       Является неопровержимым, бесспорно доказанным фактом, что ни одна нация, ни один народ не поднимались с колен и не взбирались с гордостью на пьедестал мировой исторической значимости с помощью привозных заморских Богов. Неважно старых, давно забытых и вдруг призванных или выдуманных впервые. Но только с верой в своих природных – естественных и умозрительных – трансцендентальных Богов происходил любой великий национальный подъем. Только свой Бог, неважно зовущий к плотской радости или возвышенному просветлению, но только родной, неважно – Единый или один из Пантеона, только Он дает удачу, силы, значимость, счастье. Когда нация стремится поработить другую, то свой самый сокрушительный удар она обрушивает именно на чужого Бога как на оплот нравственных и жизненных сил врага. В связи с этим мало-мальски серьезные разговоры о русском национальном возрождении во главе с Христом являются бредом сумасшедшего или злоумышленной осознанной ложью.

 

       Не нужно быть Третьим Римом или Вторым Израилем, как того хотел Владимир Соловьев. Достаточно быть Единственной Россией. Нужно вытравить из воздуха самый привкус иллюзии, уничтожить все тайны и чудеса, сбросить навсегда с постамента мессианство. Избранность и исключительность – это комплексы национальной неполноценности, мешающие развиваться. Нужно заслониться от небес, которые нам так долго навязывали, и, не слушая ничьих угроз и советов, поцеловать ту землю, на которой мы стоим. Остальное придет само. Тысячу лет назад этой нехитрой мудрости учили волхвы, настало время вспомнить их поучения.

 

       «Русская идея» – это не название нескольких философских книг, это самостоятельный жанр духовной литературы, столь же исторический, как и «деяния» ветхозаветных пророков. Идея эта существовала до Христа и будет успешно существовать, когда его забудут. Будучи русской по содержанию, она может быть вовсе не русской по крови, в том заключена сила ее универсальности. Наполняясь свежей кровью других народов и обвеваясь дыханием других культур, она все же не перестает быть Русской. Когда речь идет об идее, бесполезно говорить о чистоте крови, но вполне правомерно – о чистоте языка и чистоте мировоззрения. Прежние «русские идеи» были напичканы христианством, но очень скоро появится книга всё с тем же классическим названием «Русская идея», и в ней совершенно не будет Христа. Новая идея Преодолеет старую, но все равно останется Русской.

       Дыхание новой религиозности носится в воздухе, потребности в универсальной религии сгущаются день ото дня, международный конкурс уже объявлен, и нужно понять, какое место будет нам отведено в этом глобальном процессе.

 

       Россия – это шумный проходной тамбур в поезде человеческой культуры, что ходит с Востока на Запад и обратно. Запад сейчас постепенно отдает, а Восток постепенно прибирает к рукам религиозное лидерство. Нам остается только впрыгнуть в этот тамбур перед тем, как на целую эпоху окончательно захлопнутся двери мировой истории, сотворить нечто совершенно неожиданное и забрать себе лидерство. Все основатели великих религий в известном смысле этого слова были авантюристами и рыцарями тех идей, которым служили. Традиционные способы нам уже не помогут, ибо единожды образовавшийся разрыв в культуре может только расти. Так что стесняться нечего, ведь речь идет о высшей форме лидерства на протяжении тысячелетий. Религия подобна невесте: если так складываются обстоятельства, то её нужно выкрасть силой. Но только в том случае, если она, действительно, очень нравится и обладание ею сулит счастье и неисчислимые удовольствия.