Лженаука – генетика. Чума ХХ века.

2.7. Генетика в России и СССР

 

 

 

Генетика в России стала развиваться только с 1914 г. В 1915—1919 г.г. в России возникли две основные генетические школы: Н.К.Кольцова в Москве и Ю.А.Филипченко в Петрограде.

 

После Октябрьской революции 1917 года до 30 годов был золотой век классической генетики СССР. Симпсон (220) назвал 18 основателей новой генетики и популяционной генетики. Среди них 4 из России/СССР: Четвериков, Тимофеев–Ресовский, Дубинин и Добжанский. Кроме них славу советской генетики составили Вавилов, Кольцов, Серебровский, Дубинин, Филипченко, Карпеченко. Г.Д.Карпеченко выполнил свои классические теперь работы по получению плодовитого капустно-редечного гибрида. Другим (уже зрелым) ученым, также работавшим с Н.И.Вавиловым, был Г.А.Левитский (1878–1942).

 

В середине тридцатых годов, по мнению многих современных ученых, советская генетика, несомненно, стояла на втором месте в мире после США. Наиболее крупной фигурой российской генетики был и надолго останется, Н.И. Вавилов, описавший в 1922 г. сходство во внешнем строении различных органов растений (так называемые гомологичные ряды) и уточнивший в 1927 г. идею Декандоля о центрах происхождения культурных растений. Заслуги Вавилова еще при жизни были оценены современниками. Его имя было занесено на обложку основного в то время генетического журнала “Наследственность” (“Heredity”) вместе с именами других крупнейших генетиков мира. Кстати, я не нашел упоминания имени Вавилова в последнем обзоре об иммунитете растений (179) не только как основателя данного направления, а вообще.

 

С первых шагов советская генетика была связана с европейскими и американскими корнями, прежде всего с лабораториями У. Бэйтсона в Англии (переписка с Н.И.Вавиловым, визит в СССР), Т.Х.Моргана в США, с которым поддерживал контакты Ю.А.Филипченко, пославший в его лабораторию Ф.Г.Добжанского (1900-1975), оставившего затем свою собственную школу эволюционной генетики мирового масштаба. Знаменательна брошюра 1925 г. «Наследственны ли приобретенные признаки?», авторами которой были Т.Х.Морган и Ю.А.Филипченко.

 

В 1925–27 гг. Г.А.Надсон и Г.С. Филиппов в Ленинграде обнаружили возможность изменения наследственности под действием облучения.

 

В 1933 г. М. В. Алексеева вместе с Лысенко открыла перенос наследственной информации от подвоя в привитый черенок. Тем самым у растений была открыта способность подвоя получать при вегетативной гибридизации и записывать в свой геном наследственную информацию от привоя (см.раздел 14.7).

 

Ученики Т.Х.Моргана — К.Бриджес и Дж.Мёллер бывали и работали у Н.И.Вавилова и в Ленинграде и в Москве, преподавали на кафедре генетики растений Ленинградского университета у Г.Д.Карпеченко. В «Известиях бюро по евгенике» (позже – лаборатории генетики) публиковались статьи не только сотрудников Филипченко, но и европейский генетиков. У Карпеченко преподавал Дончо Костов — известный болгарский генетик.

 

В конце 70–х годов группа советских генетиков го главе с Г.П.Георгиевым одновременно с американскими учеными открыла мобильные генетические элементы у дрозофилы.

 

Существование механизма, компенсирующего укорочение теломер (теломеразы), за что была присуждена Нобелевская премия 2009 г., было предсказано в 1971 году советским ученым А.М.Оловниковым. Как видим, советская молекулярная биология развивалась довольно успешно.

 

Итак, формальная генетика прошла долгую и интересную историю, однако в 1953 году формальная генетика, по сути, была отброшена и тихо, по факту, заменена молекулярной биологией.