Чем может поделиться Андрей Николаевский

 

Это не должен знать каждый.

 

1. Умножающие скорбь.

 

1.8. О прелюбодеянии, искусственном оплодотворении и клонировании.

 

 

       Как мы уже говорили, иммунная система животного не воспринимает белки другой особи своего вида как “чужеродные”, и не отторгает их. Это, впрочем, не означает, что пересаженный орган, например, собаке от другой собаки, приживется. Проблема в том, что управление пересаженным органом должно осуществляться программами донора. После спаривания с представителем своего вида нет необходимости в иммунном барьере между матерью и эмбрионом, хотя наборы ДНК у матери и эмбриона разные.

 

       У людей иммунной индивидуальностью обладает каждый (исключения – однояйцевые близнецы), так что иммунный барьер между организмами матери и плода, вообще говоря, необходим (он находится в плаценте). Вместе с тем, людям дана уникальная возможность обеспечения иммунно-бесконфликтного развития плода, что благотворнейшим образом сказывается на здоровье матери и ребенка. Эта возможность реализуется через предварительное объединение душ будущих родителей в одно целое на основе взаимных симпатий, на основе того, что мы называем земной любовью.

       Одним из следствий такого объединения душ является коррекция в работе иммунных систем мужчины и женщины, в результате которой белки партнера уже не воспринимаются как чужеродные. Ещё одним из следствий этого объединения душ является такой феномен: супруги, долгое время прожившие в моногамном браке, становятся очень похожими друг на друга по физической внешности. Такая “иммунная притирка” обеспечивает иммунно-комфортное взаимодействие мужчины и женщины на физическом уровне, а также иммунно-комфортное протекание беременности. Отсутствие же “иммунной притирки” вызывает или провоцирует широкий спектр патологий: аллергий, токсикозов и т.д. Добавим, что “иммунная притирка” происходит за характерное время, как минимум, за полгода. Поэтому для тех, кто на протяжении этого характерного времени имеет нескольких половых партнеров, “иммунная притирка” невозможна в принципе.

 

       Не зря прелюбодеяние (буквально: деяние прежде любви) считается в православии одним из смертных грехов. Нетрудно понять, как отражается на здоровье матери и ребенка то, что мать не просто не любит физического отца ребенка, но он ей еще и антипатичен.

 

       Словосочетание “физический отец” не случайно. Физический отец гарантированно передает ребенку лишь половину своего белкового набора. В том же, что будет строиться из получившегося набора белков, а также в том, какими программами оно будет управляться, физический отец может оказаться совсем не замешан. Так, если женщина не любила физического отца ребенка, а любила другого мужчину, т.е. телом она взаимодействовала с одним, а душой – с другим, то в душе ребенка оказываются продублированы программы, т.е. характер, именно любимого. Если же чувства женщины очень сильны, то ребенок может оказаться даже внешне похож на любимого, а совсем не на физического отца.

       Здесь – причина и разгадка многих семейных драм. Можно видеть, насколько опасно повальное увлечение девушек “суперпевцами” и прочими “темными лошадками”. Даже восприятие любого литературного, живописного или музыкального произведения связывает с душой автора этого произведения еще спустя долгое время после того, как автор перешел в мир иной. А “с кем поведешься – от того и наберешься”, особенно если наберешься того, что минует цензуру оперативного сознания и проходит прямо в подсознание.

 

       Еще следует сказать о близкородственных скрещиваниях: почему они автоматически ведут к физическому вырождению потомства, и в чем, собственно, заключается это вырождение. В результате близкородственных скрещиваний в белковом наборе потомства растет процент таких однотипных молекул белков, которые, как строительный материал, оказываются включенными в состав различных тканей и органов одного и того же организма. При этом управляющие команды, предназначенные для молекул белка в каком-то одном органе, выполняются и всеми остальными такими же молекулами. Таким образом, нормальное управление процессами жизнедеятельности нарушается. Становясь неустойчивым, организм оказывается легкоуязвимым для всевозможных болезней, и как правило, уже во втором поколении просто нежизнеспособным, к тому же лишенным способности произвести потомство, поскольку кодировка “программы – белки” становится попросту невыполнимой.

       Наоборот, самыми жизнестойкими являются гибридные сорта растений и породы животных в первом поколении, что хорошо известно селекционерам. Для людей же это не всегда так, поскольку у людей, как мы уже говорили, формирование пакета управляющих программ ребенка и процедура их кодировки могут происходить не чисто автоматически, как у животных, а с участием сознания родителей. Более того, именно неучастие сознания родителей в этом действе, пускание его на самотек, приводит к ужасным последствиям. Одно искусственное оплодотворение чего стоит! В случае животных эта противоестественная процедура все-таки дает предсказуемое потомство, поскольку кодировки и воплощение происходят автоматически. У людей же при искусственном оплодотворении получают возможность воплощения совершенно посторонние, “левые” души, причем самые гнусные и преступные, которые ни за что не воплотились бы по-другому. К этому остается добавить, что прелюбодеяние, в сущности, ничем не отличается от искусственного оплодотворения.

 

       Итак, большое заблуждение – полагать, что людские сперматозоиды и яйцеклетки полностью определяют то, что разовьется после их слияния. Наследственные болезни передаются не через гены, не через физический уровень, а через унаследованное программное обеспечение. Только невежды или проходимцы могут создавать банк “генетического материала” для людей. Декларируемые при этом цели заведомо недостижимы.

       Это справедливо и для последней сенсации в области противоестественных экспериментов – клонирования. Результаты, полученные на сегодня, это всего лишь производство потомства без участия самца. Из двух зрелых яйцеклеток от разных самок с помощью микрохирургических манипуляций делается одна яйцеклетка с набором ДНК, частично взятым от первой яйцеклетки, а частично – от второй. Затем такая искалеченная яйцеклетка помещается в организм третьей самки – родительницы. В соответствии с изложенными выше представлениями о неотторжении белков особей своего вида, а также автоматическом выполнении кодировок и воплощения, эта яйцеклетка в организме родительницы имеет шанс прижиться и развиться в детеныша (самочку, естественно), что и было продемонстрировано на мышах и овцах.

       По поводу дальнейших перспектив, в частности, оживления животного исчезнувшего вида, заполучив его белковый набор (например, из трупа, сохранившегося в вечной мерзлоте), то для этого специалистам пришлось бы разработать программное обеспечение для соответствующей особи и запустить его. Но спросите: могут ли эти т.н. специалисты “сделать хотя бы один свой волосок белым или черным”?

       Что касается клонирования людей, то если оно и окажется технически выполнимым, бессмысленность его очевидна. Проблемы, о которых говорилось выше в связи с искусственным оплодотворением у людей, все равно останутся неразрешенными. Тем же, кто мечтает с помощью клонирования наштамповать целое войско из близнецов, следует иметь в виду, что такое войско было бы абсолютно нежизнеспособным. Имея идентичный белковый набор, эти вояки имели бы общий пакет автоматических программ жизнеобеспечения. Команды, жизненно необходимые только кому-то одному из них, выполнялись бы и во всех остальных. Кстати, с аналогичной проблемой имеют дело однояйцевые близнецы. Их автоматика общая, поэтому они могут прекрасно чувствовать физическое состояние друг друга, даже находясь на различных сторонах земного шара.