Протоколы “сионских мудрецов”

Протокол 18.

 

 

 

Меры охраны. Наблюдение в среде заговорщиков. Открытая охрана – гибель власти. Охрана Иудейского царя. Мистический престиж власти. Арест по первому подозрению.

 

 

       Когда нам будет нужно усилить строгие меры охраны (страшнейший яд для престижа власти), мы устроим симуляцию беспорядков или проявление неудовольствий, выражаемых при содействии хороших ораторов. К этим ораторам примкнут сочувствующие. Это даст нам повод к обыскам и надзору со стороны наших слуг из числа гоевской полиции…

 

       Так как большинство заговорщиков действуют из любви к искусству, говорения ради, то до проявления с их стороны действий мы их не будем тревожить, а лишь введем в их среду наблюдательные элементы… Надо помнить, что престиж власти умаляется, если она часто обнаруживает заговоры против себя. В этом заключена презумпция признания бессилия, или, что ещё хуже, неправоты.

       Вам известно, что мы разбили престиж Царствующих гоев частыми покушениями на их жизнь через своих агентов, слепых баранов нашего стада, которых легко несколькими либеральными фразами двинуть на преступления, лишь бы они имели политическую окраску. Мы вынудим правителей признать своё бессилие в объявлении открытых мер охраны и этим погубим престиж власти.

       Наш правитель будет охраняться только самой неприметной стражей, потому что мы не допустим и мысли, чтобы против него могла существовать такая крамола, с которой он не в силах бороться и вынужден от неё прятаться. Если бы мы допустили эту мысль, как это делали и делают гои, то тем самым мы подписали бы приговор, если не ему самому, то его династии в недалеком будущем.

 

       По строго соблюдаемой внешности наш правитель будет пользоваться своею властью только для пользы народа, а отнюдь не для своих или династических выгод. Поэтому при соблюдении этого декорума его власть будет уважаться и ограждаться самими подданными, её будут боготворить в сознании, что с ней связано благополучие каждого гражданина государства, ибо от неё будет зависеть порядок общественного строя…

 

       Охранять Царя открыто, значит признать слабость организации Его силы.

       Наш правитель будет всегда в народе окружен толпой как бы любопытных мужчин и женщин, которые займут первые ряды около него по виду случайно, а сдерживать будут ряды остальных из уважения якобы, к порядку. Это посеет пример сдержанности у других. Если в народе окажется проситель, старающийся подать прошение, пробиваясь через ряды, то первые ряды  должны принять это прошение и на глазах просителя передать его правителю, чтобы все знали, что подаваемое доходит по назначению, что, следовательно, существует контроль самого правителя. Ореол власти требует для своего существования, чтобы народ мог сказать, “когда бы знал об этом Царь” или “Царь об этом узнает”.

       С учреждением официальной охраны исчезает мифический престиж власти: при наличии известной смелости каждый считает себя хозяином на ней, крамольник сознает свою силу и при случае караулит момент для покушения на власть…  Для гоев мы проповедовали иное, но зато можем видеть пример, до чего их довели меры открытой охраны!..

 

       У нас преступники будут арестованы при первом более или менее обоснованном подозрении: нельзя из боязни могущей произойти ошибки предоставлять возможность побега подозреваемым в политическом проступке или преступлении, к которым мы будем поистине беспощадными. Если ещё можно, с известной натяжкой, допустить рассмотрение побудительных причин в простых преступлениях, то нет извинения для  лиц, занимающихся вопросами, в которых никто, кроме правительства, ничего понять не может… Да и не все правительства-то понимают истинную политику.