Уничтожение торсионных исследований в России

5.5. Заключение пессимиста.

 

 

 

       Мы начинаем забывать, как уничтожала отечественную науку советская власть. То, чем мы можем гордиться, то, что вошло в золотой фонд человечества – это лишь чудом уцелевшие ростки, в то время как основные посевы яростно растаптывались сталинскими сапогами. Бешеная и лютая ненависть к свободомыслию во всём (а истинная наука невозможна без свободы мысли), доносы, клевета, “разгромные” сессии, сфабрикованные дела, пытки, расстрелы, ссылки, концлагеря… Невероятным кажется, как могла уцелеть страна, так обращавшаяся со своими лучшими гражданами.

       Только с учётом нашей истории можно понять, что происходило и происходит сейчас в науке, да и вообще, что происходит теперь с нами. 

         Поколение людей, которые сейчас составляют цвет и движущую силу российской науки – им сейчас от 60 и выше. Более молодое поколение учёных – кто смог, выехал за рубеж в 90-е, кто-то ушёл в другие области деятельности. Человек, остающийся сейчас в российской науке после аспирантуры – это исключение, а пытающихся защититься по таким опальным направлениям физики, как торсионные поля либо холодный ядерный синтез, просто нет. Это совершенно безнадёжно, хотя дипломные работы в отдельных случаях успешно защищаются, особенно при маскировке термина “торсионный”.

 
         В нашей истории по обе стороны баррикад сейчас 70-80-летние учёные, а главному инициатору уничтожения торсионного направления, В.Л.Гинзбургу – за 90. В 30-е и 40-е проходило их детство. Они учились в 50-е и в 60-е в университетах, и делали свои открытия в 70-80-х. Они хорошо помнят смерть Сталина. Они помнят оттепель и последующие за ней годы. Они впитали, как губки, дух советского времени. Они умеют драться насмерть – обе стороны. Некоторых из них удерживает в этой драке моральный закон. Некоторых – нет. 

         Но эта драка стоит науке слишком дорого. Так уж получилось, что загадочные “неэлектромагнитные явления” (имеют они торсионную в смысле концепции Акимова-Шипова или иную природу) наиболее исследованы именно у нас в стране.

       Можно спорить о моделях, о том, как они покрывают феноменологию, следующую из экспериментов, как они соотносятся с общепринятыми стандартными моделями, можно и нужно обсуждать качество экспериментальных работ. Но более ожесточённого, ни в какие рамки не вписывающегося противодействия новому научному направлению со стороны официальной научной мафии, нигде в мире больше нет. 

         Перелопатив значительное количество первоисточников по торсионной тематике, я могу ответственно заявить: любой человек, который провоцирует продолжение этой драки, отдаляет наше понимание устройства этого мира. Мне и вправду кажется, что за этим направлением большое будущее. По крайней мере, некоторые прикладные результаты исследований торсионных полей уже сейчас спасают здоровье и даже жизни людей, большинство их практических применений способно экономить значительные средства при минимальных затратах. Бороться с такими результатами и их авторами – преступление. 

         Но в то же время в этом направлении исследователи находятся в самом начале пути. Они многого не понимают. Они вынуждены пользоваться предварительными концепциями и самыми общими теоретическими построениями, поскольку проработать эту тему должны сотни учёных высокого уровня в течение будущих десятилетий – как со стороны теории, так и со стороны эксперимента. 

         У нас в стране в ближайшее время не будет нового поколения учёных, равных этим 70-летним. Увы. Когда сойдут со сцены эти люди, можно будет сказать: наша наука уничтожена. Нам нужно будет начинать всё с нуля.