Уничтожение торсионных исследований в России

1.3. Мнение В.Я.Тарасенко.

 

 

 

       Теперь давайте рассмотрим мнение другой стороны. В 2002 году В.Я.Тарасенко, к.т.н., академик РАЕН, первый зам. А.Е.Акимова по Международному институту теоретической и прикладной физики, во введении к пресс-релизу “Борьба с лженаукой как вид “научной” деятельности” пишет:

 

       «В 1991 г. в No 9 и No 10 газеты “Поиск” органа Президиума АН СССР, появилась статья “Туфта” (прекрасное название для академической газеты, дающее возможность понять современный язык некоторых “интеллигентов” в науке). Эта статья положила начало бурной деятельности тогда члена-корреспондента АН СССР, заместителя директора Государственного оптического института им. С.И.Вавилова Е.Б.Александрова, которая завершилась скандалом в Комитете по науке и технологиям Верховного Совета СССР и избранием Е.Б.Александрова академиком.» 

 

       «Как объяснили А.Е.Акимову в этой комиссии уже после проведения там заседания, инициатором этого мероприятия был тогда депутат Верховного Совета СССР по спискам от АН СССР академик В.Л.Гинзбург.

       А.Е.Акимову было сказано, что основанием для рассмотрения обращения В.Л.Гинзбурга было Постановление Отделения общей физики и астрономии АН СССР от 29 мая 1991 г. No 8-105. Можно предположить, что для создания хотя бы видимости объективности в этом постановлении кроме фамилии А.Е.Акимова упоминались ещё два исследователя (с одним из них А.Е.Акимов даже не был знаком), которые к работам А.Е.Акимова никакого отношения не имели, но основной пафос нападок был адресован А.Е.Акимову. Поэтому авторы этого постановления, будь они последовательны, должны были бы назвать Постановление не о борьбе с лженаукой, а о борьбе с А.Е.Акимовым.» 

 

       «В частности, в ГКНТ СССР, в отличие от АН СССР, не стали сотрясать воздух псевдонаучной демагогией, а поступили единственно верно. Были выбраны две научные группы в Москве и Ленинграде, руководители которых, с одной стороны, зарекомендовали себя как люди высочайшей квалификации, научной честности и объективности, а, с другой стороны, которые были не просто скептически, а негативно настроены по отношению к работам по торсионным полям. Один из них, беседуя с А.Е.Акимовым в одном из кабинетов ГКНТ СССР, сказал, что он берётся за эту работу только для того, чтобы провести чистый эксперимент и доказать, что ничего из утверждений А.Е.Акимова не имеет место.» 

 

       «Через несколько месяцев он пригласил А.Е.Акимова в тот же кабинет к начальнику Управления высоких технологий ГКНТ СССР, к.ф-м.н. В.В.Бойко и сказал: “В этом кабинете я говорил, что я докажу, что утверждения А.Е.Акимова не имеют место. Но, выполнив эксперименты, выбранные мной и осуществлённые силами моей лаборатории с использованием торсионных генераторов, я должен честно констатировать, что эти эксперименты дали положительные результаты”. Это были эксперименты по воздействию торсионных излучений на мёссбауэровский спектр излучения.» 

 

       «За десять лет при обилии потока слов о борьбе с лженаукой (борьбе с А.Е.Акимовым) никто в Академии Наук не только не провёл никаких экспериментов по торсионным полям на строгой основе, но даже не поинтересовался проводившимися работами. Е.Б.Александров жаловался, что всё как-то не складывалось. Писать гадости складывалось, а пойти и увидеть своими глазами – не складывалось. Можно подумать, что он приезжал в Киев к академику АН СССР, вице – президенту АН УССР, директору Института проблем материаловедения АН УССР В.И.Трефилову посмотреть изменения структуры металла при действии торсионных генераторов, а ему ничего не показали. Нет, Е.Б.Александров в Киев не ездил. Он даже не нашёл времени посетить старейшую в России материаловедческую организацию – ЦНИИ материалов в его родном Ленинграде, где была отработана и запатентована торсионная технология получения силумина. Он не нашёл времени приехать в Санкт-Петербургский Университет Точной Механики и Оптики, чтобы увидеть хотя бы один из многочисленных экспериментов, которые там выполнялись на протяжении последних десяти лет под руководством д.т.н., профессора, заслуженного деятеля науки Г.Н.Дульнева. Такая позиция была характерной не только для Е.Б.Александрова, но и всех борцов с лженаукой.»

 

       «А.Е.Акимова обвиняли в проведении работ без научной экспертизы со стороны АН СССР. Но его работы были поддержаны академиками АН СССР Н.Н.Боголюбовым, тогда директором Объединенного института ядерных исследований в Дубне, крупнейшим теоретиком не только в СССР, но и в мире, М.М.Лаврентьевым, директором Института математики СО АН СССР, В.И.Трефиловым, директором Института проблем материаловедения АН УССР, вице – президентом АН УССР, и другими. Более высокого уровня экспертизу в науке в СССР невозможно представить.»

 
       «Уже после этого заседания, готовивший его сотрудник аппарата Комиссии П.С.Пранов, сообщил А.Е.Акимову по телефону, что он не понимает спешки подготовки заседания, которое готовилось всего три дня вместо обычных трёх-четырёх месяцев и с обязательным приглашением всех заинтересованных лиц.»

 

       «В действительности дело обстояло следующим образом. А.Е.Акимов на заседании Комиссии Миноборонпрома, на котором присутствовал Е.Б.Александров, на вопрос Е.Б.Александрова о финансировании работ по торсионным полям ответил, что для выполнения работ в полном объёме потребуется (!!!), не выделено и истрачено, а лишь потребуется, порядка 500.0 млн. рублей. Если же Е.Б.Александрову или кому – либо другому в академии наук известно доподлинно, что такие деньги были выделены, то эти сведения надо немедленно обнародовать. Так как А.Е.Акимов этих почти 500.0 млн. долл. не получал, а, следовательно, не мог истратить, то сейчас нашей экономике эти отнюдь не маленькие деньги не помешали бы.»

 

       «Если распространение лженауки для Е.Б.Александрова явилось следствием его безграмотности в теории кручения, то позиция академика В.Л.Гинзбурга с его нападками на торсионные поля на заседании Комиссии Верховного Совета СССР по науке и технологиям, как рассказывал А.Е.Акимову участник этого заседания профессор А.А.Рухадзе, явилась верхом лицемерия. Дело в том, что в тот период В.Л.Гинзбург был руководителем отдела теоретической физики в Институте физики АН СССР. В составе этого отдела была лаборатория, которую возглавлял академик Е.С.Фрадкин, профессионально занимавшийся в течение многих лет теорией кручения. Всего за два месяца до заседания Комиссии Верховного Совета СССР Е.С.Фрадкин опубликовал в соавторстве с руководителем одной из российских школ кручения из Томска статью по проблемам кручения в издании Института теоретической физики Гетебёргского Университета. Более того, будучи хорошо известным в мире специалистом по теории кручения, Е.С.Фрадкин был приглашён в 80-е годы председательствовать на международной конференции по кручению.»

 
       «В честность порыва В.Л.Гинзбурга бороться с торсионными полями на заседании Комиссии Верховного Совета СССР можно было бы поверить (любой учёный имеет право на личную точку зрения, в частности, не признавать теорию Эйнштейна-Картана), если бы до заседания этой комиссии он ликвидировал эту лабораторию, а Е.С.Фрадкина либо уволил, либо приказом предписал ему по прямым служебным обязанностям не заниматься теорией кручения. Однако академик В.Л.Гинзбург этого не сделал, но на заседании Комиссии Верховного Совета затратил много сил для призывов запретить работы по торсионным полям. Правда, в дальнейшем он не говорил о торсионных полях как лженауке. Даже если бы не было этой истории с Е.С.Фрадкиным, невозможно допустить, чтобы такой эрудированный в теоретической физике человек, как академик В.Л.Гинзбург, не знал места кручения в современной физике. Тем более недостойной явилась его позиция в анализируемой компании по борьбе с лженаукой. Именно он, как человек с большой эрудицией, должен был не подталкивать людей вроде Е.Б.Александрова и Э.П.Круглякова в заведомо проигрышное мероприятие борьбы с современной физикой, а предостеречь их от необдуманных шагов, не позорить РАН своими безответственными рассуждениями.»